МОНРО ВИЛИДЖ.

 

Интересная штука – костер-то. Смотришь на него, окруженного камнями и думаешь, ведь это ж человек самый что ни на есть. Огонь это душа костра – энергия его, а камни вокруг это оболочка – тело; вот огонь догорит и останутся одни камни, тело без души – труп костра. И вот хожу я и кидаю поленья в него, чтобы он не подох совсем, а грел меня и питал, холод-то собачий. А станет не нужен мне костер или надоест просто, так я и уйду, и если кто-то другой взамен меня не подойдет, так он и подохнет. Так может и в меня кто-то поленья кидает и питает мою душу, а как надоем ему так и душа моя уйдет, останется тело одно мертвое. Вот было бы интересно с моим костровым контакт наладить, поточить лясы про жизнь и вселенную, ему-то точно есть, что сказать. Встал я и пошел в ночную чащу контакту искать.

 

Зашел куда глаза глядят, сосны качаются, скрипят, а контакта все нет. Зябко, страх непонятный скользкими ужами в душу залазит, но с контактом не вышло. Эххх... вздохнул я и пошел назад к джипу музыку громче сделать, поколбаситься под чил-аут. Рядом сидела одна девчушка, закутанная в индийский платок, и разговаривала с елкой. Раслабился, все мысли пуганной стайкой улетели к звездам и тут тебе как вспышка.

 

Зеленая морда мелькнула перед глазами. И вот опять и все чаще и чаще передо мной носятся красные выпуклые глаза поверх зеленого крючковатого носа, как резко брошенный мячик на резинке. Я пошел за ним – он тащил меня в лес. Мне в спину кто-то посветил фонариком, и в его свете я увидел, что был окружен мечущейся вокруг меня громадной ночной бабочкой. Я провалился в темноту. Но темнотой то, что я видел назвать было трудно, текущие радужные краски собирались в четкий образ голой женщины-кошки. Идеальная фигура  с длиннющими изогнутыми во внутрь ногами светилась белесым цветом; голову ее венчали остренькие треугольники не понять то ли кошачьи уши, то ли рога. Она терлась мне лобком о ногу, обнимая за шею. Лицо ее было мне очень знакомо, я вспомнил, что где-то я ее видел, и тогда тень сомнений навеяла мне идею, что это всё всего лишь навсего игра моего воображения. Я попятился назад от видения. Лицо ее осталось совершено безразличным, но на совершенные груди выпал длиннющий окровавленный язык. На кончике языка лежал уставившийся на меня вырванный глаз. Посмотрев на него я увидел, что весь он облеплен копошашимися муравьями. «Почему я тебя знаю?» - спросил я. Она мне не ответила, а втянув язык в себя начала грациозно двигаться вокруг меня. Вместе с этим мысли начали судорожно мелькать у меня в голове. «То, что ты видишь это лишь интерпретация того, что есть на самом деле, твой способ придать объекту форму, который ты воспринимаешь через свои сенсоры. Можно воздействовать на эти сенсоры, создавая галлюцинации, которые будут основаны на твоей памяти, и то, как ты видишь тот или иной предмет это лишь передача новых свойств на основе того, как ты видел этот предмет раньшеЭто явно не были мои мысли, я сжал свои виски – они были безумно холодные. Я посмотрел вперед и увидел сквозь ветки, как сияющяя ядовито-белым цветом девка-кошка удалялась в лес, зазывающе виляя бедрами.