САЛЬВИА ДИВИНОРУМ

 

Пляж... Ночной отлив. Свинцовый океан был на удивление тихим и монотонно шумел, постепенно погружая в сладкий сон. Вокруг сидели люди – мои друзья -  рядом с маленьким уютным костром и звонко по-детски смеялись.

 

Я тоже там был, но не мог туда вернуться. Я старался изо всех сил быть рядом с ними, но не мог найти правильную ячейку. Вокруг были тысячи миров, как соты пчел, и в каждом из них существовал я, и костер, и близкие мне люди, и я вливался в каждую соту чертежа вселенной, но это был не мой мир, не там где я был раньше.

 

Я устал бороться за реальность и лег. Лег и стал наслаждаться необычайной красоты картиной. Мозаика миров была вплетена в кружевной узор цвета перламутровой молнии. В каждом ее витке существовал отдельный мир, где был я в совершенно разных воплощениях. А вокруг была музыка: звонкая и запредельно красивая, тягуче разливаясь по всему орнаменту. Кружевной узор шел из-за моей спины, где находился необычайный источник света и куда меня несло на дикой скорости так, что миров вокруг меня становилось все больше и больше.

 

Нет! Еще рано. Я рванулся назад к удаляющейся мозаике моей действительности. Как шприцом меня начало выдавливать обратно в мое тело. Небесная музыка стала тише, а голоса громче. Я постепенно вспоминал каждую клеточку моего тела и попробовал пошевелить рукой, на которую я опирался. Но к моему паническому удивлению забыл, как это делается. Развернувшись и посмотрев на плечо, я увидел, что оттуда растут тысячи рук, становлясь частью всеохватывающего кружевного узора, как гигантские крылья перламутровой летучей мыши. По одному из узорчатых переплетений ко мне на плечо поднимался, чинно качаясь, караван изящных существ одновременно напоминающих слонов и лебедей. Я был частью вселенского орнамента художника, который никогда не подписывает свои картины, хотя четко выдерживает свой стиль.